Интервью: Иван Исаев, Савелий Мышалов, Виталий Прохоров о допинге в спорте

В гостях: Иван Исаев, Савелий Мышалов, Виталий Прохоров
Ведущие: Андрей Черкизов

А.ЧЕРКИЗОВ: Сегодня наши гости - Иван Исаев, главный редактор журнала "Лыжный спорт", Виталий Прохоров. Олимпийский чемпион по хоккею во времена Олимпиады в Альбервилле 12 лет назад, 92-й год, и по телефону - Савелий Мышалов, главный врач футбольного клуба "Локомотив".А говорить мы сегодня будем о допинге в спорте. Причем я сразу должен сказать, что я аспортивный человек, я ничего не понимаю в спорте, но я слушаю радио, смотрю телевизор, читаю газеты, то есть какой-то набор информации, плюс, - сделаю себе комплимент, - чувство здравого смысла у меня есть, - на этом фундаменте я и буду задавать вопросы своим собеседникам. И мой первый вопрос. Скажите пожалуйста, есть такой великий английский действующий футболист, Пол Скоус, - он тяжелейший астматик. И каждый раз ему приходится испрашивать разрешение кучи всяких инстанций медицинских, чтобы они ему разрешили пользоваться его лекарствами, анти-астматическими перед матчами - чтобы это ни в коем случае не считались допингом. В этой связи - не является ли часть каких-то лекарств, которые занесены в официальный список допингов, теми средствами, которые помогают человеку быть, собственно, спортсменом. И первое слово - врачу.

М.: Дело в том, что в данном конкретном случае он имеет право пользоваться теми препаратами, которые обеспечивают ему на какое-то время облегчение, то есть речь идет о его здоровье. Но для того, чтобы пользоваться этими препаратами, - а эти препараты, как правило, содержат в себе те средства, которые занесены в список запрещенных. Но при медицинском заключении, которое является объективным отражением его состояния здоровья, требуется официальный документ, направленный в антидопинговую комиссию УЕФА, где все это конкретно обозначается. В таком случае, при проведении допинговой пробы к этому спортсмену, в данном случае, к английскому футболисту, санкции применяться не будут.

А.ЧЕРКИЗОВ: Что же получается - что одни и те же лекарства одним спортсменам дозволены, а другим - не дозволены. Нет ли тут какого-то изначального неравенства?

И.: Я хочу сказать, что у этого вопроса есть и оборотная сторона. В частности, в лыжных гонках мы имеем ситуацию, когда норвежские лыжники, 60 или 70% все сплошь астматики. И такое положение оказалось возможным благодаря тому, что у норвежцев очень сильное влияние Международной лыжной федерации. Уже давно звучит мысль о том, что этих спортсменов нужно выводить, они должны участвовать в пара олимпийских играх, а не соревноваться со здоровыми спортсменами. И много раз звучало, чтобы российские спортсмены сделали эти справки о том, что наши спортсмены астматики, и соревновались тогда с норвежцами в равных условиях. Не бывает так, чтобы в одной стране, членами сборной команды на 60 или 70% являлись астматики. Поэтому это достаточно деликатный вопрос, и я как раз хотел озвучить иную, может быть, сегодня не очень популярную точку зрения, но я уверен, что непопулярную только пока. И эта точка зрения неоднократно на страницах нашего журнала озвучивалась на страницах нашего журнала обозревателем телеканала "Спорт" Андреем Кондрашом. Заключается она в том, что список запрещенных препаратов нужно резко сократить - может быть, до 10-15, 20 наименований - те, которые оказывают пагубное влияние на организм спортсмена, - а все остальные препараты нужно разрешить. Нужно прекратить вот эту практику "загоняния". Если есть такое слово, спортсменов клетку -у нас сегодня спортсмены загнаны в угол, они не могут себе позволить никакие лекарства, которые обычный человек вправе применить против простуды, при заболевании и так далее.

А.ЧЕРКИЗОВ: Скажите, Виталий, - любой спортсмен, если он не пациент психиатрической лечебницы..

П.: Иногда и тогда тоже можно..

А.ЧЕРКИЗОВ: И тем не менее.. Любой спортсмен занимается спортом, но при этом не хочет стать самоубийцей. Он хочет заниматься спортом, потому что это ему в кайф, .это может приносить ему легальные деньги, на которые можно жить - если он профессионал. Почему спортсмен, тем не менее, принимает допинг?. Он ведь знает - это запрещено. Почему он идет на такое нарушение.

П.: Вы сами сказали - он может себе заработать нормальные деньги, которые в дальнейшем ему могут обеспечить, после окончания спорта, нормальную жизнь - я беру какие-нибудь великие контракты - хоккейные, футбольные, может быть, теннисные. Порой случаются и в легкой атлетике также. Поэтому спортсмен, который на протяжении всего сезона довольно изнурительно работает, он заранее идет на эти вещи. Он думает так - пусть я сегодня сделал со здоровьем хуже себе, но зато у меня будет какой-то шанс, и я не буду напрягаться хотя бы в отношении финансов как-то жить дальше. Каждый спортсмен хочет выиграть.

А.ЧЕРКИЗОВ: Но не любой же ценой?

П.: Иногда - любой ценой.

А.ЧЕРКИЗОВ: Цель оправдывает средства?

П.: Те, кто идет на это сознательно, мне всегда были непонятны. Например, для меня здоровье было важнее. И когда нам давали какие-то препараты, даже и на Олимпиаде в 92 г., и до Олимпиады было..

А.ЧЕРКИЗОВ: Кстати, вы об этом знали?

П.: Нам говорили, что это тот препарат, который не влияет на ухудшение здоровья, а только наоборот, высокогорье помогает..

А.ЧЕРКИЗОВ: То есть официальные врачи вашей команды говорили вам, что это не смертельно?

П.: Да. Мало того, - что это наоборот помогает. А.ЧЕРКИЗОВ: А потом вы узнавали, что это был допинг?

И.: Это был запрещенный препарат?

П.: Это салкоселил. Я не знаю, запрещен он, не запрещен. Нам вкалывали его, говорили, что не запрещен, при этом я сдавал пробу после игры, и естественно, так, как мы выиграли, не был дисквалифицирован, - значит, он был разрешен.

А.ЧЕРКИЗОВ: Вот сегодня по каналу НТВ была очередная программа О.Пушкиной "Женский взгляд". Она была посвящена А.Кабаевой, выдающейся спортсменки. Известно, что у нее были проблемы с Антидопинговым комитетом, и она была, по-моему, по 92-й год дисквалифицирована, при этом она знать не знала, как это лекарство попало в ее организм. Скажите, а врачи всегда абсолютно корректны, предлагая своим спортсменам те или иные лекарства?

М.: Я бы не сказал, что они всегда абсолютно корректны. Иногда врачи, знаете, идут на сделку со своей совестью - то есть они в угоду тому или иному результату, или по настоянию или просьбе руководства той или иной команды, идут на это - дают спортсменам запрещенные препараты для того, чтобы добиться положительного результата.

А.ЧЕРКИЗОВ: Не ставя при этом самого спортсмена в известность, то есть не предупреждают его?

М.: Не ставя самого спортсмена в известность.

А.ЧЕРКИЗОВ: И все-таки мой вопрос. Вокруг допингов, лекарств, есть еще такая проблема - некоторые лекарства то вносятся в перечень допингов, то потом из него исключаются, то обратно вносятся. Страдают при этом спортсмены, но я ни разу не читал нигде, чтобы ответственность нес врач команды.

М.: Нет, но в случае с Титовым ответственность с Титовым разделил и врач команды - он был уволен со своей должности.

А.ЧЕРКИЗОВ: Но, по-моему, это редчайший случай?

М.: Редчайший случай. Но я вам выскажу свое мнение по этому поводу. Сейчас к допингу отнесены все те препараты, которые в какой-то степени влияют на повышение работоспособности. То есть ставят в неравные условия с тем противником, с которым он в настоящее время имеем дело. То есть любые препараты, которые повышают работоспособность. Что такое допинг - это стимулятор. Стимуляторы могут быть центральной нервной системы, стимуляторы дыхания, органов кровообращения. Я уже не говорю о анаболиках, которые тоже применялись в свое время довольно широко. Так что если расшифровать вот эти препараты, которые используются как стимуляторы центральной нервной системы и органов кровообращения, дыхания и так далее - их набирается довольно большое количество, вот в чем дело. Поэтому 10-15-тью препаратами никак не обойтись.

А.ЧЕРКИЗОВ: А то, что какие-то лекарства то включаются в список, то исключаются из него - нет ли в этом какой-то "возле спортивной" политики, около спортивной политики?

М.: Мне трудно на этот вопрос ответить. Ваш главный редактор журнала, который привел примеры результатов зимних олимпийских игр, где чуть ли не 60% норвежцев представили справки, что они астматики, больны бронхиальной астмой, - но это явная липа, конечно. Не может быть такого. То есть всех остальных поставили перед фактом - они страдают бронхиальной астмой, поэтому мы условно давали дышать, - я к примеру говорю, - препарат, который запрещен в таких случаях, - есть такой препарат сальбутамол. Его применять нельзя. Но при применении он влияет на дыхательный центр, тем самым со стороны легочной системы в какой-то степени повышает работоспособность.

И.: Совершенно верно.

А.ЧЕРКИЗОВ: Сам бог меня привел к лыжному спорту - если я правильно помню, по-моему, на последней зимней олимпиаде в Солт-Лейк-Сити, с российской лыжной командой был большой допинговый скандал. Что это была за история?

И.: Да. Только перед этим вы задали очень хороший вопрос об ответственности врачей. Так вот вы знаете, в российских лыжных гонках есть такой тренер, Анатолий Чепалов, тренер и отец двукратной Олимпийской чемпионки Юлии Чепаловой. И вот он позволил себе высказывание, которое в определенном смысле проливает свет для нас на то, что произошло в Солт-Лейк-Сити. Ведь на самом деле обычно то, что происходит, - эти допинговые скандалы, - задействованность в ситуации врачей, тренеров. Руководителей федерации, - для нас всегда остается тайной за семью печатями. Виноват всегда спортсмен для нас. Редко, когда бывает виноват врач или тренер. Так вот А.Чепалов сказал, что ему не очень жаль нашу Ларису Лазутину, нашу прославленную спортсменку, а очень жалко Наталью Баранову, дисквалифицированную незадолго до олимпийских игр и Ольгу Данилову, дисквалифицированную во время Олимпийских игры. Я ему задал вопрос - почему так, Анатолий Михайлович, что это за несправедливость? Он говорит - Понимаешь, Лариса Лазутина весь год готовилась отдельно от команды. Отдельная программа подготовки, отдельная программа поддержки со стороны врачей. Она даже купила себе отдельный прибор по определению уровня гемоглобина, и врачи сборной к ней не подходили. И все, что случилось с Ларисой - это на ее совести, она целиком и полностью должна отвечать за свои поступки на этих играх. А вот со слов А.Павлова, Наташа Баранова и Оля Данилова, - он говорит, - эти девочки вообще, наверное, мало что понимали вообще, что с ними происходит. И вот мне очень интересно в этом смысле мнение Савелия, - какова степень ответственности врачей за то, что происходит в таких случаях? Смотрите - Ольга Данилова, двукратная олимпийская чемпионка, а в итоге она так и не вернулась в лыжный спорт, то есть спортсменку пустили под нож..

А.ЧЕРКИЗОВ: Должны ли врачи нести ответственность, и какова должна быть эта ответственность?

М.: Конечно, врачи несут ответственность наравне со спортсменами или руководителями, которые в угоду, может быть, каких-то политических мотивов поощряют вот эти мероприятия. Конечно, врач должен нести ответственность. Здесь в первую очередь должен быть абсолютно решен вопрос проведения вот таких бесед со спортсменами. Например, мы, в футбольной команде "Локомотив", обратились с такой просьбой к футболистам - чтобы ни один футболист без ведома доктора не использовал те или иные препараты при разных состояниях - состояниях заболевания или, может быть, временных каких-то болевых синдромов, которые у них появляются, и они прислушиваются к тем рекомендациям, которые дают люди, не имеющие отношения никакого к медицине. Вот эта часть должна выполняться неукоснительно. У меня был такой случай на олимпийских играх в 76 г., когда Олег Блохин, ничего не подозревая, побежал в медпункт - у него там что-то зачесалось в носу, и ему закапали в нос капли. Я страшно перепугался, но дело в том, что это был медпункт нашей делегации, и поэтому я был уверен, что там ничего другого ему не подсунут. Но я все равно был обеспокоен, и я ему сделал по этому поводу свое замечание - как же так. Поэтому если случается что-то со спортсменом, то на плахе должен появиться и доктор.

П.: Савелий, я бывший игрок, но прекрасно знаю всю ситуацию, свою кухню, которая происходит в команде. Вот все время говорят - спортсмен - доктор. Но вы же сами прекрасно понимаете, что ответственен за это дело только руководитель, главный тренер или руководитель делегации. Без него вы ничего не сделаете - я правильно понимаю?

М.: Правильно.

П.: А иногда все ставят в вину спортсмену или доктору, но забывают об основном - кто толкает на этот шаг спортсменов и докторов.

М.: Я с вами абсолютно согласен. Конечно, роль врача здесь в общем-то сложная. Бывает так, что врачи не подозревают и не знают, что может принять перед стартом тот или иной спортсмен. И раньше, - ну, я давно работаю в большом спорте, - раньше, конечно, правильно сейчас мои коллеги сказали - всем этим процессом руководили ответственные люди, руководители команд, в угоду тому или иному результату, той или иной медали, которая планировалась.

А.ЧЕРКИЗОВ: Скажите, Виталий, ваши коллеги-спортсмены 12 лет назад - могли себе позволить принять какое-то лекарство, не поставив об этом в известность врача или тренера? Допустим, не вы лично, а игроки вашей команды?

П.: Перед чемпионатом мира или олимпийскими играми, естественно, все были предупреждены, что без доктора ничего не есть, никаких лекарств не пить, - то, что доктор скажет, то и делать. И на самом деле мы верили докторам и тренерам - что нам дают то, что необходимо.

А.ЧЕРКИЗОВ: Тогда у меня вопрос - а почему первым делом наказывают спортсменов - дисквалифицируют, лишают профессии, лишают средств к существованию, потому что для очень многих, профессионалов в спорте, это для них источник дохода. Почему страдают не капитаны, не руководители команд, не доктора, а бьют по спортсменам? Кто мне сможет ответить?

И.: Мне кажется, Виталий в очень хорошее русло повернул разговор, когда сказал, что врач шага не сделает без визы, без разрешения руководителя. И мы сейчас находимся в замкнутом круге, когда все в кругу лжи - и болельщики, и спортсмены, которые делают вид, что вынуждены бороться честно, по правилам.. и врачи, и руководители. И все прекрасно все понимают, понимают, что спорт высших достижений - это попытка выйти на предельную планку, и даже заглянуть за эту предельную планку.

А.ЧЕРКИЗОВ: А может быть тогда убрать слово допинг вообще? Жрите, чего ни попадя, и перешагивайте через эту планку, сколько хотите?

И.: Совершенно верно. Это то, за что бьемся мы, наш журнал, за что бьется наш коллега Андрей Кондрашов уже очень много лет. Посмотрите в области балета - ведь люди идут на совершенно чудовищные испытания для тогО. чтобы поддерживать себя в форме. Что они при этом употребляют, какими средствами достигают этой потрясающей формы? Или артисты цирка? Мы с вами не знаем. Мы знаем результат - блестящие выступления на сцене столичных театров, и так далее. Там тоже на кону стоит, на самом деле, слава, деньги, почести, возможность жить в столице или играть в столичном театре. Почему этих людей никто не проверяет? Почему спортсмены оказались загнаны в этот угол?

А.ЧЕРКИЗОВ: Я с вами согласен. Но представим себе, что слово "допинг" исчезло, Антидопинговые комиссии ушил на пенсию. Это не будет соревнование медицин или фармацевтов? П.: Ну конечно будет.

И.: Савелий сказал - 15 запрещенных препаратов это мало. Мне хочется задать вопрос - а сколько сейчас запрещенных препаратов в этом списке, и как вы считаете, каково количество препаратов, с вашей точки зрения, было бы оптимальным?

М..: Сейчас очень много. Мы получили последний список запрещенных препаратов, разосланный УЕФА, и я бы из них, конечно, половину бы убрал.. потому что там чуть ли не пирамидон..

А.ЧЕРКИЗОВ: А сколько их вообще?

М.: Ну, я сейчас не могу назвать эту цифру - там очень много.. там их где-то за сто, а может быть, и больше - очень много препаратов. И мы действительно сейчас загнаны в этот угол, поскольку прежде чем достать из медицинского чемодана какую-то таблетку, ты сто раз подумаешь, нужно ее давать, или нет. А что делать, если я ему сейчас ее дам, а он попадет на антидопинговую пробу. Дело в том, что в футболе существует правило - врач должен представить комиссару, который прибыл для взятия этой самой допинговой пробы, список тех препаратов, которые использовались к данному спортсмену последние 72 часа. И если спортсмена, допустим, схватил острый крестцовый радикулит, и я вынужден был сделать ему блокаду, в состав которой вошел препарат, запрещенный антидопинговым комитетом УЕФА - я должен поставить диагноз в этом листе, написать название этого препарата, и какой страной он произведен. В таком случае, если все это подтверждено документально и есть подпись врача - в данном случае санкции к тому или иному спортсмену применяться не будут. Но есть препараты, которые держатся в организме больше, чем 72 часа - 10 дней, три недели.. вот барматан вообще черт знает, сколько держится, даже толком никто не знает, сколько он присутствует в крови. Поэтому, конечно, сейчас врачи поставлены в очень жесткие рамки и условия. А.ЧЕРКИЗ

ОВ: Сейчас буду рассуждать на обывательском уровне. Как известно, против кашля есть куча лекарств. На каждого человека они действуют по-разному - одну враз снимают кашель, а другому надо искать какое-то лекарства из целой кучи. Вот на меня, например, ничего кроме салутана не действует - но пойдите-ка найдите в московской аптеке салутан - он запрещен, и там нужны специальные печати и бланки, потому что в нем эфедрин, а кто-то гонит из этого салутана какой-то наркотик, поэтому надо ходить к бабкам-спекулянткам, и покупать этот салутан под названием "солнышко". И мой вопрос - не является ли включение тех или иных лекарств в запрещенный список спором фармацевтических компаний?

М.: Может быть.

А.ЧЕРКИЗОВ: Негласным. То есть одни лекарства, которые делает одна фармацевтическая компания, записываются в допинги, а другие, аналогичные, но которые делает другая компания, не записываются в допинги? Такое может быть - что за всем этим стоят экономические интересы фармацевтов?

М.: Может быть. Вот сейчас вы привели хороший пример - спортсмен на протяжении какого-то времени страдает кашлем. Я ему должен подобрать препарат, который не содержит в себе кодеин, - это запрещенный препарат, - теофедрин, - запрещенный, я уже не говорю об эфедрине. Теобромин - запрещен. То есть то, что расширяет бронхи и снимает приступ, сопровождающийся кашлем. То есть я ему должен или подобрать средство гомеопатическое, которые не входят ин в один из списков, или использовать народные средства, средства народной медицины, которые бы устранили это состояние на какой-то момент. Конечно, сейчас наша роль, моя роль доктора команды, чрезвычайно ответственна в этом отношении. Потому что не дай бог, если я ему предложу обычный препарат от кашля, содержащий кодеин. Приехала комиссия, взяла у него допинговую пробу, и обнаружила его - и все. Но я не могу в данном случае быть в стороне, я отвечаю, ведь я же ему дал это лекарство.

П.: Я думаю, что вы, Андрей, правы - изначально это экономический вопрос. Дело не только в этих фармацевтических фирмах, а дело в том, что есть еще некие организации, допустим, из чего была создана Антидопинговая организация? С бюджетом в 20 миллионов, хотя я думаю, что бюджет гораздо больше. Значит, кто составляет эти допинговые комиссии? Это все фармацевтические фирмы, тот, кто занимается разработками этих допингов - это тоже бюджет. Вы представляете - одни борются с другими. А еще есть некий Олимпийский комитет и есть некие государства. Это, конечно, все деньги и политика. Поэтому спортсмены здесь лишь как некое пространство между вот этой борьбой. Всегда можно было сделать так - есть какие-то лекарства, которые ухудшают здоровье спортсмена, - это как наркотик: марихуана, героин, кокаин..

А.ЧЕРКИЗОВ: Кстати, марихуана теперь в Соединенном Королевстве может быть разрешена медицински.. тут с марихуаной я бы попросил быть поосторожнее чуть-чуть.

П.: Хорошо. Это я к тому, что есть сильные наркотики, и в Амстердаме они, например, разрешены..

А.ЧЕРКИЗОВ: Легкие растительные - только. И то только в определенных местах, кафе-шопах.

П.: Правильно. Но сильные наркотические запрещены. Поэтому есть некие лекарства, которые также запрещены, потому что они ухудшают здоровье, они не помогают. На какое-то время они и помогают достичь какого-то результата, но здоровье они ухудшают.

А.ЧЕРКИЗОВ: Вот вопрос некоего Гурмана с пейджера: "Могут ли повлиять на анализы не лекарства, а обычные продукты? Или это исключено?".

М.: Нет, обычные продукты никак не могут повлиять. Могут повлиять пищевые добавки. Те фирмы, о которых мы косвенно упомянули, которые гонятся за какой-то экономической выгодой - вот эти пищевые добавки для того, чтобы как-то их сплавить, предложить и на этом заработать.. там же идет какая реклама? - если вы будет пользоваться этими пищевыми добавками, то в несколько десятков раз ускорится ваше восстановление, повысится работоспособность, и так далее. Но никто же не знает, что они туда воткнули, в эти пищевые добавки. Вот самое страшное зло - вот эти пищевые добавки. Это надо сто раз проверить содержимое этих добавок, чтобы обезопасить спортсмена и себя.

И.: Савелий Евсеевич, по-моему, вы среди нас единственный человек, который сейчас на переднем фронте находится, врач действующей команды. Скажите, а вообще среди профессионалов - врачей, руководителей нашего спорта, - обсуждается вопрос о сокращении списка запрещенных препаратов? Ведь ясно, что деятельность ВАДА сегодня приведет к тому, что этот список будет увеличиваться, вас все дальше и дальше будут загонять в угол, вам скоро и малину нельзя будет давать спортсменам в случае простуды?

М.: Все правильно.

И.: Так где-то, на каком-то уровне этот вопрос обсуждается, - чтобы Россия выступила с подобной инициативой?

М.: Пока не обсуждается.

А.ЧЕРКИЗОВ: Вот в том-то и дело. У меня еще один важный для меня вопрос. Спорт профессиональный, если все убрать, - он дает организму тяжелейшие, я бы сказал осторожно, может быть даже противоестественные нагрузки для организма. Так может быть среди тех лекарств, которые занесены сегодня в допинговый список, есть лекарства, которые гасят вот это вредное влияние спортивных нагрузок, может быть их задача в чем-то помогать человеческому организму? Что вы думаете по этому поводу?

М.: Я сейчас не буду расшифровывать название препаратов, которые относятся к группе антидотов, то есть снимают вот это пагубное воздействие на организм, прикрывая тем самым использование тех или иных запрещенных препаратов. А второе - есть просто лекарства, с помощью которых можно прикрыть прием того или иного допинга.

А.ЧЕРКИЗОВ: Прошу прощения - я даже сейчас не об этом спрашиваю. Вот профессиональный спортсмен не использует никаких допингов, у него тяжелейшие нагрузки на организм - лекарства могут ему помочь этих нагрузок избежать?

М.: Конечно, могут.

А.ЧЕРКИЗОВ: Но при этом они заносятся в допинговый список - вот мой вопрос.

М.: Понял. Но наша фармакология имеет возможность с помощью абсолютно дозволенных средств, которые не оказывают пагубного влияния на организм спортсмена, производит эти самые витаминные препараты и препараты, которые способствуют быстрому восстановлению. И препараты, которые в какой-то степени воздействуют на клетку или на обменный процесс организма, способствуя повышению его работоспособности. Если все это относится к дозволенным препаратам - никаких вопросов здесь не возникает.

А.ЧЕРКИЗОВ: Вижу, как Иван Исаев не согласен с вами.

И.: Насколько я понимаю, Андрей немножко о другом задал вопрос. Мой коллега, обозреватель "Спорт-экспресса", Э.Войцеховская, об этом, кстати, постоянно пишет. Профессор Португалов говорит, что современные нагрузки, особенно в видах спорта циклических, невозможно уже переносить без поддержки фармакологической. И фармакологическая поддержка нужна спортсменам, и нужно позволить спортсменам, спортсменам спорта высших достижений, эту поддержку оказывать. Сегодня спортсмены оказываются обезоруженными..

А.ЧЕРКИЗОВ: А теперь - суммируем. Скажите одним словом - не является ли антидопинговый механизм вариантом около спортивного произвола спортивного начальства?

И.: Во многом. Жаль, что нет у нас времени - я бы с удовольствием поговорил именно на эту тему.

П.: Да, думаю, что на самом деле это так.

М.: И я согласен.

А.ЧЕРКИЗОВ: И, собственно, это тот вывод, к которому мы сегодня пришли. И по этому поводу я был бы очень благодарен российскому спортивному руководству, которое бы предложило международному спортивному сообществу строить серьезный раз7гвоор вокруг допинговой проблемы, потому что, по сути дела, борьба с допингом сегодня превратила спортсменов в мальчиков и девочек для битья. А на самом деле они сугубо крайние, и проблемы лежат, как правильно сказал Виталий Прохоров - иногда мы знать не знаем, что мы принимаем, или что нам колют. Мне кажется, что если кто-нибудь предложит тому же Госкомспорту, тому же Российскому олимпийскому комитету перестать бояться Всемирной антидопинговой ассоциации, и заняться серьезным разговором вокруг этой проблемы - чтобы спортсменов не превращать в гладиаторов, когда лучший итог драки - смерть, - вот это уже будет какая-то польза от нашего разговора сегодня. И спасибо всем. В разговоре сегодня приняли участие Иван Исаев, главный редактор журнала "Лыжный спорт", Виталий Прохоров. Олимпийский чемпион по хоккею Олимпиады в Альбервилле, Савелий Мышалов, главный врач футбольного клуба "Локомотив". Всего доброго, до свидания.