Через Великую Гору на Север. На лыжах и бордах с Эльбруса в июне. Часть 1

Через Великую Гору на Север. На лыжах и бордах с Эльбруса в июне

Собрались мы довольно спонтанно, месяц на сборы для подобного действа — это очень немного. Идея была Jul-a, а мы падки на подобные романтические проекты и поддержали его с радостью. Изначально еще и Аня Ханкевич собиралась, но увы, что-то у нее там не срослось. Команда получилась, в основном, скатанная и проверенная, на призыв по форумам присоединились двое ребят, имевших сильное желание и приличный бэккантрийный опыт. В целом, общество получилось здоровое, уютное, хотя и шумное, и охочее до похвальбы. Ну — сам факт восхождения всегда несет в себе сильную мотивацию достижения, так что эмоции через край — нормальное дело.
 

1 июня

Прилетаем в два приема и собираемся в «Балкарии» — уютной гостиничке на поляне Азау. Завтра утром — знакомство с гидами и первый акклиматизационный выход. Посему — Трезвая вечеря.

Вообще режим спортивный, коньяка никто с собой не привез, программа у нас довольно жесткая, расслабляться будем потом.
 

2 июня

Утром пришли гиды — Альберт Байдаев и Света Кузнецова. Очень слаженная пара. Альберт — профессиональный гид и спасатель, немногословный и знающий, живущий всю жизнь в горах. Света — общительная, улыбчивая и внимательная к каждой мелочи по пути. Абсолютно разные — и взаимодополняющие.

Решили всетки первый день обойтись без каталки и прогуляться пешочком на Чегет.

Летний Чегет прекрасен и уютен — поля рододендронов под канаткой, теплые камни, поляны снега над второй очередью.

О его зимней суровости напоминают осколки снарядов на тропе и не сошедшие карнизы над северными кулуарами.
  
Дошли до Балды, еще чуть-чуть поднялись по гребню, потусили. Поздоровались с Эльбрусом — он открыт сверху, но седловина и половина Косой полки закрыта облаками, не очень хорошо.
  

Альберт объясняет завтрашние маршруты.

 
Идется на 3400 легко, сил у парней немеряно, все готовились к большим нагрузкам, и они затевают отжимания и «крокодилы» на хребте.
 
 
Пожалели, что не взяли лыжи и борды. При виде снега одолевает жадность. Скатываемся хотя бы на попе вдоль тропы. Jul — заводила:)).
 
В общем, первый день нисколько не устали, а окружающая красотища подняла боевой дух до предела.
 

3 июня

Собрали вещи, взяли лыжи, борды и сплиты и поехали на новое место жительства — в приют напротив Бочек. Работает маятник. Пока ждем погрузки, учимся пользоваться кошками.
 
Народу практически никого, спокойно загружаем вагончик маятниковой канатки и в два приема переправляемся на ст. Мир.
 
Здесь грузим продукты на три дня, большие рюкзаки и бордеров на ратрак, а сами, на скитурах и сплитах, плюхаем пешочком вверх, до Приюта.
  
Выкидываемся в наше новое жилище — восьмиместные вагончики, по отзывам они теплее, чем Бочки. Парням достался более теплый, наш же стоял дверью ко всем ветрам и в первые же часы на полу образовались кучки снега, что заставило нас завесить дверь одеялом. Ветрозащита получилась вполне себе годная, ночами мы мирно спали, в пуховых спальниках было не холодно.

Воду топили из снега, для питья использовали привезенную с собой или можно было купить на бочках по 100 ру за пятилитровую канистру. Для умывания — снег или влажные салфетки. Но, ввиду того, что постоянно дул холодный ветер и пуховку можно было снять только на кухне, где была плита на газовом баллоне — от идеи с умыванием и чисткой зубов отказались сразу же.


 
И сразу же — второй акклиматизационный выход.

По плану должны были дойти до 4500, но по дороге начался атомный буран, ноль видимости и сильная метель. Поэтому на 4200 начали теряться, тормознулись, залезли в приют Шувалова через окошко, пытаясь переждать метель.
 
Но метель не кончалась, поэтому стартовали вниз, к кухне — теплому царству Марьяны, и горячему чаю.
 
Внизу не так мело, поэтому бордеры, прогулявшие утро, сбегали пешочком еще разок и скатились с видимым удовольствием.

В качестве развлечения после ужина поболтали, послушали музыку и вырубились спать. Небо на закате нас не радовало.

4 июня

На следующий день был запланирован еще один выход —  выше скал Пастухова. С утра было туманно, мы кутались и ежились на завтраке, но Альберт сказал: «Не бывает такого, что три дня лежим, а потом забежим, — одеваемся теплее и вперед!». Однако, пока шли, туман раздуло ветром и видимость весь день была вполне сносная. Оптимистично идем вверх по тропе, прекрасно маркированной вешками.

 
Выше 4500 сразу стало заметно, что двое скитурщиков изрядно отстают, подъем дается все тяжелее. Поджидая их, прячемся за камнем.
 

Куба в этот день уже проявил себя упорным лосем, забегал выше всех и успевал еще и пофотографировать.

Выше скал уклон стал больше и камуса перестали держать, кошек же мы в этот день не брали. Поэтому последние сто метров доползали по камням или выбивая ступеньки в жестком снегу. Зато спуск — шикарен! Взяли чуть левее маркированной тропы по полям, внизу ушли траверсом вправо, нырнули между двух каменных гряд и домой, в вагончики. Мягкий, «теплый» снег, красотища вокруг нечеловеческая! Приезжаем домой в состоянии большого душевного подъема.

Эльбрус открылся! Облака уходят.
 

Набор и сброс высоты в этот день — больше 1000 метров. У большей части группы самочувствие нормальное. Прогноз обещает нам завтра единственный ясный день, окно в циклоне — и мы решаем ночью стартовать на восхождение.

Однако у двоих ребят акклиматизация идет хуже, третий день им дался тяжело и они не готовы ночью на подвиги. Напряженно думаем, что делать. Лишать шанса двоих парней — жестоко. Рисковать твердым шансом на успех задуманного для всей группы— тоже. В конце концов приходим к нелегкому, но единственно возможному решению: стартовать по плану ночью всемером с двумя гидами, а для двоих и остающегося из солидарности Jul-а попросить еще одного гида для того, чтобы попытаться дойти на следующий день докуда хватит сил и скатить на южную сторону. Днем же всем троим спуститься в Азау для того, чтоб организм немного передохнул от высотных нагрузок.
 
Вообще этим вечером мы очень много приняли необходимых решений. Все они впоследствии оказались стопроцентно верными. Альберт со Светой настояли на том, чтоб сделать пожарную ночевку без спальников в Северном приюте в случае успеха предприятия — ибо от линии снегов до Джылы-Су, куда доезжают машины, ходу пять часов, а мы, скорее всего, атомно вымотаемся. Ох, как мы благословим их предусмотрительность на следующий день! 

Мы с Sha, оставшиеся в обойме сплитоводки, напряженно думаем, идти нам на сплитах с кошками и потом переобуваться, или сразу стартовать на мягких кошках, привязанных к бордботам, а сплит везти за собой на веревочке? Конечно, заманчиво пройти по Косой полке на камусах, но, глядя правде в глаза, пройдем мы на них недолго, а собирать сплит на морозе и сильном ветре — дело нелегкое. Плюс тащить на себе камуса и кошки — лишние килограмма три груза, а рюкзаки штурмовые и так для девчонок — предельного веса, ибо кроме всей традиционной приблуды надо взять с собой три литра питья и быстрых углеводов, весь день нам идти без воды. Решили, что рассчитывать надо на худшее и оставляем кошки с камусами в вагончиках. Обвязки с карабинами на себя, кошки с вечера приматываем к сноуборд-ботам, сплиты превращаем в сноуборды и цепляем к переднему креплению фал. У бордеров выбора нет, — и пять бордов с фалами выстраиваются у дверей.

Глядя на нас и скитурщики тоже цепляют лыжи к рюкзакам, ночью будет скользко. Один Куба, как всегда, в оппозиции, и клеит камуса.

В полвторого подъем, поэтому в восемь вечера падаем спать. Я засыпаю как убитая, девчонки тоже. Ask60 нервно возится на своей полке — у него накануне еще была легкая простуда, атомными средствами ее быстро вылечили, но все равно он переживает.
 

5 июня. Восхождение и спуск на Север

Просыпаюсь за минуту до будильника от предчувствия СОБЫТИЯ. С переливами звонков все, пофыркивая, выбираются из свитых теплых гнезд и немедленно начинают что-то подправлять в снаряжении.

Завтрак. Марьяна заботливо накидывает нам бутербродов и вареных яиц с собой. Берем понемножку, рюкзаки и так битком. Одеваем все теплое, что есть, на улице мороз и ветер, но небо звездное и этот факт радостью своей перекрывает все.

На мне ближайшие тридцать часов будут: термобелье, тонкая флиска, толстая флиска с ворсом, тонкая пуховка, штурмовая гортексовая куртка, непромокаемая пуховая жилетка. Флисовые штаны, катальные теплые штаны, теплые флисовые перчатки и пуховые варежки (мы с Sha взяли пуховые верхонки в первый же день в прокате и это было, опять же, спасительным решением для мерзлых дев). Балаклава, шапка-виндстоппер и клюв. Остальные прикинуты примерно так же.

Решили не заниматься мазохизмом раньше времени и подкинуться до площадки чуть ниже Скал Пастухова на ратраке. Грузимся и едем под звездами.


Прошли в темноте едва ли час, а может и меньше. Помню, что сменила фонарик на лбу на очки почти сразу же, ибо на нас всей страшной силой красоты обрушился воспетый сотней восходителей эльбрусский рассвет. Иду со слезами на глазах, забывая считать дыхание, эмоции зашкаливают. Кажется, что, если ранним утром ты так счастлив, то на вершине тебе, как честному человеку, придется просто лечь и умереть от непереносимого совершенства мира.

Вот так это было...

Первые языки пламени с востока:


Нежные и полусонные барашки облаков лениво высовывают нос из ущелий:


Красавица Ушба меняет уборы на рожках перед зеркалом:



Великая Рассветная Тень Эльбруса. Кто видел это — не забудет.


И, не успели мы свернуть шеи от изумления, как мощным аккордом горы затопил ослепительный свет!



Идем не торопясь, самочувствие прекрасное, хотя ветер задувает сильно. Через пару часов, когда перевалили отметку в 5 000, начинает почему-то дико хотеться спать. Пройдя две трети Косой полки, останавливаемся на минутку, чтоб собраться кучнее и я выключаюсь, сидя. Freeman безжалостно расталкивает и ребята разгружают меня на полчаса, чтоб снизить нагрузку на дыхалку. К концу полки прихожу в себя, забираю у них обратно борд и термос и иду уже вполне нормально, внимательно считая дыхание.
 

Перерыв на чай на повороте в седловину.  Высота — 5300. У нас две проблемы: во-первых, потерялся Куба, упилил вперед гида, несмотря на все предупреждения. Альберт бросает рюкзак и, ворча по-балкарски сквозь зубы, бежит его искать и возвращать, нам в седловину не надо — мы поворачиваем в Мотоциклетный кулуар на восточную вершину. Во-вторых, поплохело Саше, Ask60. Глаза у него стеклянные, есть и пить отказывается, по всему видно, что ему явно худо. И мы принимаем решение отправить его со Светой через седловину, чтобы остались силы на спуск по Северу. 

Двое уходят по маркированной тропе в окружную. Кубу вернули в общество. Нас осталось семеро. Сворачиваем в мотоциклетный кулуар. До вершины нам нужно набрать 320 метров. Ветер все сильнее, идем широкими галсами, чтоб хоть иногда отмораживалась дыхалка. Температура где-то -15.



Эти 320 метров мы шли часа полтора. Честно — на вершине было чувство огромного облегчения. Увидели мотоцикл, полузасыпанный снегом и, дурацки улыбаясь обмороженными ртами, свалили с плеч рюкзаки.

Поднимаем флаг ski.ru, вырывающийся из рук (первая фотка в очерке). Ветер — метров 40 в секунду, валит с ног. Но — Вершина! Ура! Первая часть мечты исполнилась! 

Спуск на Северную Сторону

По времени рассчитывали тусить на вершине полчаса. В реальности — не протусили и 15 минут, наскоро пофоткались, перетащили лыжи и борды на другую сторону, встегнулись, зубами держа улетающие варежки, и погнали вниз с единственным желанием — найти кусок пространства, где нет этого сжигающего ветра.

Спускаемся к Скалам Ленца. Красивейшая скальная гряда справа будет нашим гарантом безопасности в ближайший час, вдоль нее спуск безопасен, слева же — ледник Уллумалиендерку с закрытыми трещинами.


Тут с облегчением встречаем Свету с Сашей. Они благополучно прошли седловину, посидели в маленьком необитаемом приюте, недавно поставленном там, осторожно спустились по разломам и вот мы снова вместе!



Спуск для нас оказался шоком. Как-то я в мечтах себе представляла быстрый полет в лучах солнца по мягкому снежку. Ну, хорошо — неспешный и медитативный спуск в цветущие долины с холодных вершин.

В реале — отрезвило первое же падение. Снег — сплошные высокохудожественные наддувы, смерзшиеся в бетон. Поворачивать на таком снегу очень трудно, в прыжке. А прыгать нет сил. На гладком же фирне поворачивать вообще невозможно, срывает сразу же. Рюкзак за спиной и дефицит кислорода дают о себе знать. Каждое падение — это две-три минуты хриплого восстановления дыхалки, чтобы были силы хотя бы встать.

Слева грозно сияют зеркала ледника.

В общем, спуск был нифига не героический.  Убирались все. Мы с Sha временами просто ехали «листиком», разворот грозил падением, а подняться на такой высоте стоит больших усилий.

Но красотища!



Что за крест — не выяснено.



Когда сбросили высоту где-то до 4800, стало полегче, борд стал прорезать отпущенные ребра наддувов и на них уже можно было аккуратно поворачивать и держать приличной формы траекторию. К концу было пологое мягкое поле, на котором наши вытаращенные от напряжения глаза приняли нормальную форму. Я, помню, даже на кочках пыталась прыгать на дрожащих от усталости ногах, развеселившись.

Доезжаем до самого Северного приюта. 17.15. Почти четырнадцать часов пути. Все. Мы сделали это!


Эльбрус улыбнулся нам вслед и закрылся облаком.


Спасибо нашим гидам — каждое их решение было стопроцентно верным. Спасибо ребятам, не давшим никому потерять силы раньше времени. Команда — многое значит. Спасибо всем Богам за то, что подарили нам этот день!

Продолжение.